Официальные извинения    20   10489  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    137   24016  | «Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    710   68207 

Антиконституционная революция и исчезающая история

Мировая история – панорама деятельности Духа.

В ней непрекращающийся выбор человека – стремление к постижению Истины и безумный отказ от нее, желание человеческого разума охватить всю полноту бытия и отождествление сущности человека с предметным миром. Здесь возвышенные движения человеческого сердца и души и реальность лжи. В человеческом духе вера в Бога и атеизм… Но выбор есть всегда: человеку дарована свобода. 

 

                                    Конец истории

 

В 1989 году, в период развала социалистической системы и в преддверии неожиданного для американского правящего класса (но для некоторых ожидаемого) быстрого крушения СССР, мало известный тогда Фрэнсис Фукуяма опубликовал в США статью «Конец истории?»

Статья Фукуямы не содержала выдающихся открытий, фундаментальной научной концепции, новых теоретических идей., но стала событием в интеллектуальной жизни Запада и всего мира. В 1992 году вышла его  книга «Конец истории и последний человек» уже без вопросительного знака в назвнии.

Провозглашенный Фукуямой «конец истории» означал: идеологическая эволюция человечества завершена, а западная либеральная демократия - окончательная форма правления. Либерализм не может иметь идеологической альтернативы. Далеко не все критики Фукуямы поняли этот важнейший момент.

Когда в 1989 году Фукуяма писал о триумфе Запада, победе либеральной демократии (то есть либеральной идеи), еще существовал Советский Союз, а у власти находилась КПСС. Спустя тридцать лет, в июне 2019 года президент России В.В. Путин в интервью Financial Times высказал свою точку зрения: либеральная идея изжила себя. 08 декабря 1987 года (до развала Советского Союза оставалось ровно 4 года) между СССР и США был подписан Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД). 02 августа 2019 года США в одностороннем порядке вышли из Договора.

Казалось бы, между этими событиями нет связи, - но  они объединены единым смысловым рядом. Горбачев проиграл руководству США сначала  на идеологическом уровне и только затем на политическом И дело не только в отсутствии у руководства СССР  стратегического мышления: отсутствие правильной идеологической концепции, которая по себе уже есть стратегическое мышление, не могло обеспечить политический результат.

Выход США из Договора – дальнейший шаг в утверждении концепции конца истории. Трамп и администрация США не могут выйти за ее рамки, как не могли  (и не хотели) выйти Дж. Буш-старший, Клинтон, Дж. Буш-младший, Обама.

Идея предшествует политике, как политика - экономике. Поэтому политик сначала проигрывает на идейном уровне, а затем на всех остальных.

Провозглашение западной либеральной демократии в качестве безальтернативной политической формы – и тем самым завершения истории – как идеологема на протяжении всех этих лет господствует в современном идеологическом пространстве. Конечно, мы говорим, что это неправильно. Либеральная идея и либеральная демократия не есть завершение мировой истории, идейного будущего человечества, возможны и иные пути и модели общественного развития. Но это всего лишь слова. Подлинного понимания того, что идея конца истории в форме либеральной демократии и ее мировоззренческой основы – либерализма является ложной, у нас нет. Бессмысленно утверждать, что либеральная демократия – это не конец истории, и поэтому политика США неправильная, не учитывает интересы других стран и народов.  Все это не имеет значения, пока не будет концептуального ответа на идею конца истории в либеральном понимании.

Нужна идеологическая альтернатива – а ее до сих пор нет. В этом суть вопроса: преодолеть идею можно только другой идеей, фундаментальной и тем самым более приближенной к истине. Одними политическими средствами нельзя противостоять идее.  Безусловно, идею человек не в состоянии уничтожить, но противостоять какой-либо идее, преодолеть ее доминирующую силу возможно и необходимо, если это диктует правда. Мы вовсе не утверждаем, что если, например, Россия сформулирует идеологическую альтернативу либеральной идее, то тогда США и в целом Запад кардинально изменят свою политику в лучшую сторону. Это было бы очень наивно. Вопрос в свободном и справедливом развитии всего человечества (насколько это возможно), что немыслимо без концептуального ответа либерализму. Мировоззренческая концепция – это стратегическая политика.

Идея Фукуямы о конце истории доминирует и продолжает приносить нежелательные плоды для России, других культур и цивилизаций. У Фукуямы много критиков, они появились сразу после публикации статьи. Его упрекали в неправильном понимании идеи конца истории у Гегеля, в незнании его философии, в непонимании марксизма. Очевидно, что Фукуяма не знаток философии Гегеля и не специалист в области марксизма. Но критики Фукуямы и он сам не поняли, в чем смысл идеи конца истории.

Концепция Фукуямы безраздельно доминирует. Исходя из этого, США и в целом западный правящий класс проводят свою внутреннюю и внешнюю политику, основываясь на собственном понимании своей правоты. Мы не будем рассматривать различия между политикой США и европейских стран, а также противоречия между ними. Они есть, но в основе своей правящий класс Запада исходит из того, что либерализм – это завершение мировой истории, а либеральная демократия и рыночный фундаментализм – глобальная политическая и социальная форма, не имеющая альтернативы. Отдельные представителя правящей элиты имеют несколько иные взгляды, но их позиция носит частный характер, и не является доминирующей. Неоднородность идеологического пространства западной цивилизации, существующие в нем идейные различия, кризис либерализма как политической идеологии западной модели государства фундаментально ничего не меняют и сами по себе не могут быть концептуальным ответом на претензии либеральной идеи.

Чтобы распространить в мире какую-либо политическую модель, необходимо сначала идейное обоснование ее истинности.. Политическая модель может быть ложной, наносить цивилизации и культуре вред, быть для них опасной, ее идею, философский принцип, концепцию люди должны принять как истину. За политическим доминированием всегда находится идеологическая концепция. В свою очередь, политическая экспансия базируется на авторитете идеи. Это закон человеческого и социального бытия. Политическая мощь цивилизации или государства (сверхдержавы, империи и т.д.) позволяет расширять идеологическое влияние на желаемую территорию. Поэтому ложная идея Фукуямы стала концептуальной основой политики США, ее внешней экспансии в период правления разных президентов. Его концепции придерживаются как республиканцы, так и демократы.  Ее доминирование продолжается, а мы продолжаем бессмысленное молчание.

 

 

                               Исчезающая история

 

Так прав или не прав Фукуяма? Ответить на этот вопрос невозможно с точки зрения давней критики в стиле «Фукуяма не знает Гегеля, не понял Маркса», так как он придерживается позитивистского понимания идеи конца истории. Для него конец истории – это нахождение на основе эмпирических показателей политической формы, способной обеспечивать наилучшее земное благополучие человека. Для современного либерализма (и для Фукуямы) – это «наилучшая» потребительская корзина. В нее входят не только предметы, но и политическая свобода, права человека, «свободный» рынок, но все измеряется через призму материального потребления, а не духовного смысла. Фукуяма не разделяет полностью мнения либералов-экономистов, которые все сводят к эффективности модели экономики в контексте ее возможностей стимулировать и обеспечивать уровень потребления товаров и услуг. Он шире смотрит на проблему и согласен с мыслителями, которые не сводят к экономическому фактору мотивацию человека к какой-либо деятельности. Но для позитивистской интерпретации идеи конца истории это не принципиально. Положение «жить, как современная Дания» остается критерием «истинности» концепции конца истории.

Все это – глубочайшие заблуждения.

Конец истории – метафизическая идея. Это метафизическое понимание истории, имеющее эсхатологическую перспективу. Другой идеей она не может быть. Она возможна только в метафизике, ее смысл в том, что земная история человека должна завершиться как метафизическое событие окончания отрицания истины и тем самым как продолжение метафизического развития человека, его духа и бытия. Это есть восходящая история.

Вот основное противоречие в «концепции» Фукуямы, суть ее ложности. У него позитивизм, но в позитивистском сознании конец истории в его подлинном метафизическом понятии невозможен. Это не конец истории, а исчезающая история. И это противоречие уничтожает всю концепцию Фукуямы. У него нет теоретической концепции, а есть псевдоконцепция.

Это главное. Отсутствие идеологической альтернативы либерализму вовсе не вытекает из идеи обеспечения «потребительской корзины». Данный уровень не может быть основанием завершения идеологического развития человечества. Это не только логически, но и онтологически невозможно. Идея в ее различных формах, - в частности, правовая - не может быть остановлена человеком в ее выражении в человеческом бытие. Нельзя исключить возможность и необходимость альтернативы либеральной демократии.

Что же представляет собой исчезающая история? Ответ на этот вопрос в том, как возможен конец истории. Метафизика истории не в том, что человек способен через какой-либо общественный строй осуществить всю смысловую полноту истины и бытия (даже теоретически и в перспективе), а в неизбежном завершении изменяющегося и преходящего человеческого бытия с целью продолжения смысловой линии истинного состояния духа. Правда онтологична, следовательно, возможна и необходима исчезающая история, и тем самым ни одна политическая идеология, в том числе либерализм и соответствующая ей политическая форма не может стать концом истории. Политическая идеология не может быть свободной от субъективного усмотрения человека, политической конъюнктуры, групповых, социальных, национальных и иных предпочтений.

Исчезающая история всегда направлена на установление «истинности» преходящего бытия. Исчезающая история – это позитивистское мировосприятие действительности. Человек всегда стоит перед выбором между двумя мировоззренческими подходами – метафизическим и позитивистским. Пока не завершится история, человек будет перед этим выбором. Вопрос не в терминах (древние не знали слово «позитивизм»), а в сути. Либерализм, как и любая иная политическая идеология, ложным образом снимает и отнимает этот выбор, и в силу этого утверждает исчезающую историю, а не ее метафизическое завершение. Это закономерно, поскольку исчезающая история есть нацеленность на глобальное доминирование предметного бытия. Такая логика ведет к объявлению либеральной демократии как высшего и завершающего этапа мировой истории. У либералов «дискурс» политической идеологии (либерализма), который, по сути, таковым не является, есть конец истории. Любой дискурс, противоречащий либерализму, не признается истинным и отвергается безо всякой опоры на метафизику. Это уже идеологическая вера, а не действительность истины. Конец истории может иметь только метафизический смысл. В силу этого либерализм находится в пространстве исчезающей истории.

Как может либеральная демократия стать концом истории, если она сама и ее социальный контекст есть изменяющееся и преходящее бытие? У Фукуямы нет ответа на этот вопрос – и, более того, такой ответ в рамках его подхода невозможен.

Метафизика – истинная идеология. Ибо метафизика – абсолютное в отношении человеческого усмотрения. Правда в пространстве метафизики. В силу этого, например, нет аргументов, которые позволили бы отрицать важнейший вклад СССР в исходе Второй мировой войны. Понятие «идеология» и его возможность в том, что в основе вещей духовное начало. В то время как в политической идеологии стало возможным утверждение человеком не метафизического принципа (последнее может не исключаться, но вовсе не является обязательным), а политического результата как замены истины. Где не признается метафизический принцип, там процветает идеологическая вера, по своей сути фанатичная. Политическая идеология подменяет понятие «идеология». Она может содержать правильные положения, но сущность политической идеологии в отказе от метафизики как духовного мировоззрения.

Антиметафизическая сущность либерализма онтологически и логически ведет к умалению, и, в конечном счете, к уничтожению духовной культуры. Зависимость от вещей важнее духовности – лейтмотив либеральной демократии. Не случайно, что экономический либерализм для сторонников либеральной демократии является апофеозом западной цивилизации, универсальным стандартом для всего человечества. Но в действительности либеральная идея – метафизически закономерный результат освобождения сознания человека и общества от возвышенных духовных идеалов и ценностей. В мировой истории не было ни одного случая расцвета духовной культуры, духовного Ренессанса в условиях господства либерализма. Для либерализма не существует вопроса актуализации в бытие человека возвышенных духовных идеалов, – и это есть конец истории!?

Но нарастание экспансии либерализма продолжается.

Фундаментальная ошибка тех государств, которые пытаются противостоять этой беспощадной агрессии, - действовия исключительно политическими средствами, без опоры на мировоззренческую концепцию. Такой подход не имеет будущего. Политика – искусство мировоззренческой идеи. Только вырастающая из такой идеи политика реалистична. Отсутствие идеологической концепции метафизического уровня (это высший уровень) не просто помогает США осуществлять стратегию глобального господства, а создает такую возможность. Следовательно, идея либерального завершения истории придала данной стратегии концептуальный характер. Это не только ослабляет политические усилия России по защите устоев мирового порядка. Ситуация хуже. Раз человечеству не предлагается другая идея, другой смысл, либерализм будет продолжать свою политическую глобализацию, уничтожающую духовные основы человеческого бытия.

Исчезающая история всегда антиконституционна.

 

                    Антиконституционная революция

 

Современный мир – это эпоха антиконституционной революции. Ее осуществляет Запад. В данном контексте под Западом мы понимаем не народы западных стран, не их население, а ту часть правящего класса, интеллектуальной элиты, которая идеологически и политически осуществляет в мире антиконституционное движение. Обычные жители США и Европы не определяют политику своих стран. Давно сложилось привычное представление, по которому Запад является носителем и выразителем конституционной идеи. Но это заблуждение.

Суть антиконституционной революции в утверждении невозможности метафизики Тем самым происходит отрицание и конституционной идеи. Как это возможно, если на Западе появилось современное конституционное учение, если западный конституционализм дал миру идеи разделения власти, верховенства права, прав человека, правового государства, если западные страны имеют самые «передовые» Конституции? Вот здесь многие иллюзии и ошибки.

Конституционная идея – не результат деятельности западной цивилизации.

Она метафизична. Поэтому ее нельзя придумать, но ее возможно открывать, раскрывать и осуществлять.

Предельно ложным стало рассмотрение конституционализма как результата либеральной идеологии, а дей свободы личности, прав человека, конституционного ограничения государственной власти - как достижения либерализма. Сейчас это ошибочно представляется как проявление либеральной идеи. Если кто-то думает по-другому, то его подвергают критике. Достаточно вспомнить бурную реакцию многих западных политиков на слова В.В. Путина о либерализме. Лейтмотивом их критики являются слова бывшего главы Европейского Совета Дональда Туска о том, что тот, кто заявляет, что либерализм себя изжил, также заявляет, что себя изжили свобода, верховенство закона и права человека. Замечательная демагогия. Очередная подмена смыслов, а главное, незнание фундаментальных положений философии права, в которой были обоснованы эти идеи.

Философско-правовая теория и принципы конституционного учения возникли не в западном мире. Познание права и конституционной идеи есть в учениях древних пророков. Также это Будда в Древней Индии Затем в мировой культуре Сократ в Древних Афинах. У всех у них присутствует мысль о наличии высшего и универсального закона, которому все должны следовать. Ни для какого нет исключения. В нем истинное благо. Тем самым предполагаются ограничение власти на основе права, правовой характер деятельности государства, права человека. Здесь истоки идеи Конституции как закона государства, а не в эдиктах римских императоров, которые назывались конституциями. Здесь мудрость правосознания, утверждающего, что правда онтологична. В силу этого стала возможна для человека идея «конституционности», что выразилось в понятиях «конституционализм», «конституционная законность», «конституционные права и свободы» и др. Либерализм подхватил данные положения, но неправильно интерпретировал их возможность и действительность. Поэтому у него нет монополии на эти идеи и соответствующие им институты.

Западный конституционализм возник благодаря метафизичности конституционной идеи, ноо концептуально был сформулирован в фундаментальном противоречии с ней. В основе современного конституционализма лежат идеи Г. Гроция (1583-1645 гг.), Дж. Локка (1632-1704 гг.), Ш. Л. Монтескье (1689-1755 гг.). Важнейшей стала правовая теория Гроция, который обосновал права человека как самодостаточное бытие, не требующее метафизического обоснования. Для Гроция важнейшим является естественное право, то есть права, которые есть у человека в силу его природы. Тем самым право не имеет метафизической сущности, его понятие возможно благодаря человеческому разуму. Для него не было правовой идеи, метафизики правосознания и права, конституционного сознания, без чего нет истинности, понятия и реальности прав человека. Такое понимание прав человека заменило правовую идею [1]. 

Ограничение власти монарха, королевского деспотизма – важнейший вопрос для идеологов западного конституционализма Нового времени. Таким ограничением стали права человека, в первую очередь, право на жизнь, свободу, собственность (у Локка право на собственность включало право на жизнь, свободу, имущество) [2]. Такое ограничение, по мысли Локка, возможно только через разделение власти. В современном понимании теория разделения власти (законодательная, исполнительная, судебная ветви власти) была разработана Монтескье [3].

Но главное в политической идеологии Нового времени – общественный договор. Именно он, по мнению многих мыслителей того периода, привел к возникновению политической власти и государства. Такая идеология стала возможной в силу отказа от конституционной идеи, поскольку в этом случае в рациональном усмотрении человека (не обладающего абсолютной полнотой истины) обретает действительность идея закона. Философия Нового времени дала необходимую методологию данной идеологии. Без нее либерализм как политическая идеология был бы невозможен. Тем самым человеческая субъективность заменила высший и универсальный закон (истинность метафизической реальности). В этом истинная суть либерализма. Поэтому западный конституционализм – это либеральная концепция. Результатом является отсутствие у идеологов либерального конституционного обустройства (Г. Гроций, Дж. Локк, Ш. Л. Монтескье и др.) ответа на вопрос, почему правильно ограничение деспотической власти (и в целом ограничение политической власти). Можно сказать следующее. Да это же произвол, беззаконие и т.п. Но как возможны понятия «бесправие», «беззаконие», «произвол» без высшего закона, правовой идеи, правосознания!? Ответ на этот вопрос находится в области метафизики. С позиции позитивизма ответить на этот вопрос невозможно.

Западная модель конституционализма не основана на метафизическом принципе. Это ее главная проблема. Конституционализм не просто без конституционной идеи, но в противостоянии ей – «потрясающее» изобретение западного мира. Соответственно, это конституционализм без конституционного сознания. Он представляет собой эклектичную смесь различных идей, принципов и концепций, не выводимых из единого мировоззренческого, теоретического и концептуального принципа и потому противоречащих друг другу. Концептуальные положения западного псевдоконституционализма невозможно согласовать. Понятия конституционализма, например, право, свобода, права человека в либеральной концепции не могут быть таковыми, ибо не выражают имманентно присущую им духовную сущность (метафизический принцип). Исчезновение духовности есть отказ от конституционализма. Поэтому формально законным является в современную эпоху легализация однополого брака (к сожалению) во многих западных странах (Нидерланды, Бельгия, Испания, Канада, Норвегия, Швеция, Исландия, Финляндия, Дания, Франция и в других), даже когда значительная часть граждан против. Данный процесс будет продолжаться, пока будет осуществляться антиконституционная революция. Однополый брак – это не случайность, не недоразумение. Это логика либерализма, логически последовательное выражение либеральной идеи, либеральной концепции прав человека, скрытно и явно противостоящей принципу духовности. Либеральная концепция прав человека – это юридическая доктрина Европейского Союза, Совета Европы и Европейского Суда по правам человека.

Либеральная демократия не может находиться в контексте конституционной идеи. В ее сущности нет опоры на возвышенные духовные идеалы и ценности. Какие-то из них провозглашаются, и прежде всего свобода, но духовное в либерализме не может быть метафизическим образом развернуто. Европейский идеал свободы провозглашен в либерализме как высшая точка развития человечества. Но этот идеал оказался вне метафизики, и тем самым вне духовной сущности правовой идеи. Забвение метафизики уводит либерализм от правовой идеи, следовательно, и от права, без чего рушится конституционный строй. В силу этого на основе либеральной идеи нельзя выстроить логически непротиворечивый конституционализм. Либерализм не в состоянии привести общество к конституционному строю, в котором духовность – фундамент социальных отношений и институтов. Это, по сути, всемирно-историческая несостоятельность либерализма.  

Либеральная демократия развивается через отрицание конституционной идеи, для ее существования жизненно необходим антиконституционный процесс. Только через подавление духовных идеалов и ценностей возможна жизнь либеральной демократии. Поэтому слова о свободе, демократии, верховенстве права, правах человека давно превратились в ложь, политический обман, технологию манипулирования общественным мнением. Господство либеральной демократии есть реальность антиконституционной революции.

Западный конституционализм – позитивистский, наполненный ложной верой в политическую идеологию. Поэтому идеологическое господство Запада фанатично. Антиконституционная революция возможна только в контексте освобождения от духовности. Где умаляются возвышенные духовные идеалы и ценности, там процветает антиконституционализм. Современный либерализм превратился в идеологию фанатизма. Признание ложью высшего закона всегда ведет к фанатизму. Данный фанатизм – жизнь либеральной модели конституционализма, либеральной демократии. Поэтому псевдоконцепция Фукуямы работает и приносит западному правящему классу необходимые плоды. Триумф западной идеи продолжается. А мы все молчаливо продолжаем на это смотреть.

Запад стал цивилизацией антиконституционного мировоззрения. Современный либерализм есть идеология такого мышления. Антиметафизическое объявление принципа духовности ложью привело к эпохе фейка, либерального подавления мировоззренческой глубины человеческого бытия, смыслов, ценностей и идеалов духовной культуры, беспощадного отрицания правосознания, метафизики права, духовных норм жизни человека.       

Мир вместо свободы получил новую форму глобальной тирании.

России пора прервать молчание и повести человечество к восходящей истории.

 

 

         Литература

  1. Гроций Г. О праве войны и мира: Три книги, в которых объясняются естественное право и право народов, а также принципы публичного права. М., 1956.
  2. Локк Дж. Избранные философские произведения. М., 1960. Т. 2.
  3. Монтескье Ш. Л. О духе законов // Избранные произведения. М., 1955.
комментарии - 0
Мой комментарий
captcha